11 апреля ежегодно отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей. В этот день в 1945 году заключенные одного из самых крупных лагерей смерти – Бухенвальда – подняли интернациональное восстание и взяли лагерь под контроль еще до прихода американской армии.

За годы войны через 1 100 концлагерей и 14 тысяч мест заключения прошли около 20 миллионов человек из двух десятков стран. Больше половины из них были убиты в газовых камерах, сожжены в печах крематориев, повешены, забиты до смерти, умерли от пыток и голода. Остальные чудом пережили голод, холод, издевательства и адские условия труда.

Каждый пятый узник был ребенком. Сегодня на Бору проживают четверо малолетних узников концлагерей. Этих свидетелей страшных страниц человеческой истории накануне памятной даты навестили представители администрации округа и Совета ветеранов города Бор. Учитывая здоровье людей преклонного возраста, мы смогли посетить троих. О них наш рассказ.

«Город Горнебург. Германия», – написано в графе «место рождения» в паспорте Екатерины Ильиничны Станченковой. Она родилась в немецком плену в июне 1943 го. И долгие-долгие годы, до самых 1990 х, стеснялась этого, скрывала это. И даже, когда работала на фабрике, отказалась вступать в комсомол с формулировкой: «Я не достойна».

Родители Екатерины Ильиничны почти не говорили о тех страшных годах. А мама не могла смотреть даже фильмы о войне. Хотя, несмотря на все тяготы, выпавшие на ее долю, была веселой, смешливой и заботливой. Но как же все начиналось?

Любовь свою Мария Ефимьевна нашла в родной деревне Долбилово Орловской области. Скрывался там попавший в окружение красноармеец – сапер Илья Семенович Рябков. Когда немцы пришли в деревню, чтобы угнать всю работоспособную молодежь в Германию, мама Екатерины Ильиничны была уже ею беременна. Папу в концентрационный лагерь привезли позже. Когда Катя родилась, один из руководителей лагеря забрал семью в качестве рабов. Мама была скотницей, папа – конюхом. Когда мама работала, крохотная Катя лежала в корыте для корма скота.

Несмотря на негласный обет молчания, однажды мама все же рассказала один эпизод из жизни в плену. Вот как вспоминает это Екатерина Ильинична:

– Едет однажды папа с поля, а фашисты в трясинистом болоте топят евреев. Он остановился и говорит немцу: «Что же вы делаете?! Живые же люди!» Немец ответил: «Я с тобой еще посчитаюсь». Когда папа пришел домой, его привязали к хвосту лошади или двух лошадей (уже не помню), и те протащили папу по всей деревне. Мама выхаживала его как могла на этом конном дворе. Безо всяких лекарств, конечно. Не думала, что выздоровеет, но папа выжил.

Когда в 1945 году советские солдаты освободили пленных, Мария Ефимьевна была беременна вторым ребенком. Всего же у них с Ильей Семеновичем родились 10 (!) детей: семь сыновей и три дочки. Все они между собой всегда были очень дружны. Екатерина Ильинична считает себя человеком счастливым: она – мама, бабушка, прабабушка. И 9 Мая неизменно со своими родными – на митинге Победы в микрорайоне Стекольный. И с портретов смотрят на мирный Бор ее родители – простые люди, которые смогли в нечеловеческих условиях остаться людьми, добрыми, честными, трудолюбивыми, и подарить жизнь десяти прекрасным людям.

Татьяна Константиновна Лывина родилась 10 июля 1941 года в Псковской области. 9 июля фашисты оккупировали Псков. Ее раннее детство прошло в концентрационном лагере близ немецкого города Люденшайд, куда крохотную Таню фашисты угнали вместе с мамой, братьями и сестрами.

– Помню, когда нас освободили, собирали всех в вагоны с соломой. Я ничего не видела: у меня бельмы были на глазах. И ноги болели – я не ходила, только ползала. Мы были с мамой, а папа потом, когда мы уже домой приехали, с фронта пришел, но он был весь израненный и вскоре умер. Я хочу сказать огромное спасибо тем воинам, которые нас освободили. Дай Бог здоровья всем, кто еще жив, и Царствие Небесное тем, кого уже с нами нет.

После того как Советскому Союзу отошла треть Восточной Пруссии вместе с Кенигсбергом (ныне – Калининград), бывшую немецкую территорию заселили советские граждане. Переехала в Калининград и семья Татьяны Константиновны. Борчанкой же она стала уже позже благодаря старшей сестре Надежде, рядом с которой и начала свою жизнь бок о бок в нечеловеческих условиях за колючей проволокой немецкого концлагеря. Здесь, в нашем городе, Татьяна Константиновна счастливо устроила личную жизнь и много лет проработала на ставшем родным Борском стекольном заводе. И следующий наш рассказ – как раз о ее старшей сестре.

Надежда Константиновна родилась в апреле 1939 ого, и ее память сохранила страшные воспоминания детства в концлагере. Дети жили отдельно от мам. В помещении, больше подходящем для содержания скота, находились около 20 ребятишек. Еду и воду немцы давали им всего раз в день. Причем съесть изглодавшие дети готовы были все. Для них варили лягушек, которых, как вспоминает Надежда Константиновна, они ели даже с аппетитом. А еще, уже только чтобы поиздеваться, фашисты кормили детей хозяйственным мылом и потом наблюдали, как крохи мучаются.

Надежда Константиновна показывает шрам на голове. Надзиратель со всей силы ударил ее палкой. Когда она упала и потекла кровь, младший брат маленькой Нади вмиг поседел – у него появился белый клок волос.

Детей фашисты забивали до смерти и скидывали в яму. А те, кому «повезло»… Очень странно писать это слово среди таких строк, но все же. Те, кому «повезло», были истощены от голода. И каким же счастьем для Нади, ее сестер и братьев было увидеть маму, которая очень редко украдкой пробиралась со своим хлебом к детям и совала его родным через «колючку».

– Когда нас освободили, сказали: «Война закончилась!» И мы, дети, побежали к своим мамам. Первый раз за эти годы мы смогли обняться, и это было самое большое счастье. А сегодня самым большим счастьем было бы мирное небо на всей земле.