Я не помню момент, когда верила в Деда Мороза. Первое новогоднее воспоминание связано со старшей группой детского сада. Я тогда уже четко знала: волшебник не настоящий. Но был Дед Мороз, и даже несколько Дедов сразу, которые меня манили, завораживали, очаровывали. Я могла сидеть и стоять около такого Деда часами. Белого, важного, но при этом доброго. Такой Дед Мороз вызывал у меня тихий восторг. Он был ватный. Его в конце декабря ставили под елку мамины подруги. Иногда – вместе со Снегурочкой, тоже ватной и тоже белой. Она почему-то была пониже в моей иерархии восхищений, но тоже прекрасна.

У нас дома такого Деда никогда не было, как не было и ни одной старинной ватной игрушки. Игрушек из ваты ни в перестроечном детстве, ни в подростковости 1990-х, ни в юности 2000-х я вообще не видела. Открыла их для себя уже взрослой. И поймала себя на том же ощущении чуда, осознании противоречивой красоты – и воздушной и прочной, и трогательной и основательной.

И вот я в эпицентре сказочного ватного мира – ​в гостях у Галины Шмелевой. Смотрю на ее щекастых девчуль в платочках и валенках – ​с хворостом и маленькой елочкой в руках, пацанят в ушанках на санках, лыжах или вытряхивающих снег из сапожка, и поражаюсь: неужели можно научиться так творить всего за полтора месяца?

Галина Михайловна сделала первую свою игрушку в конце октября этого года. И сразу удачную. Ее, как и многих других, мастерица подарила. Собрала коллекцию назад лишь на день, чтобы показать мне.

– Я, когда первую игрушку сделала, налюбоваться не могла, показывала всем, кому только можно, – ​признается Галина Михайловна, накручивая на каркас из алюминиевой проволоки белое ватное тельце будущей куколки и скрепляя его нитками.

Я всегда думала, что ватные игрушки – ​крашеные. Бывает и такое, но Галина Михайловна создает одежду сразу из цветной ваты – ​хлопковой или льняной. Может, конечно, дорисовать узор красками или в технике декупажа украсить платок или шубку. Элементы одежды каждого цвета требуют сушки в течение суток, иначе цвета перемешаются. То есть одела девочку в зеленые штанишки, если шубка красная, ждешь следующего дня. А если тотал лук, как сейчас модно, то можно и сразу все надеть.

Но Галина Михайловна предпочитает одевать своих мальчишек и девчонок в стиле 1950–1960-х. Окунается в детство. Она и сама родилась в 1960-е в деревне Ильинское. Папа был лесником, и ей довелось и на широких лыжах зимой ходить в лес, и сани ее тянули озорные сибирские лайки. И мальчишки традиционно валяли в снегу. Так что все эти платки, тулупчики, рукавицы, в которые она одевает своих кукол, и полные снега валенки ей близки и понятны.

– В моем детстве на елке у нас были красивые стеклянные игрушки, они и сейчас некоторые сохранились, а ватных не было. Нас пятеро в семье: три сестры и два брата. Я – ​старшая. Помню, папа однажды подарил нам каждой по одинаковой кукле. Две были с голубыми глазами и одна – с карими. Они мне очень запомнились. Сестры сегодня занимаются реставрацией старых кукол, а я вот решила создавать игрушки из ваты, – ​говорит Галина Михайловна.

Трогательный капор, узнаваемый во всем мире символ русской культуры – оренбургский пуховый платок, шуба Снегурочки, способная победить любой мороз ушанка – ​каждый элемент одежды новогодних игрушек Галины Шмелевой продуман до мелочей. У мастерицы есть швейный опыт вкупе с дипломом курсов кройки и шитья, и это заметно: пуговички строго на мужскую сторону у пацанов и на женскую – ​у девчонок, идеальная подкладка, что не на каждой настоящей одежде встретишь. Она скрупулезно всматривается в ретрооткрытки, найденные в интернете фото тех лет, полюбила «Двенадцать месяцев» 0+. Девочка с подснежками, мальчик Январь, а еще Баба-яга – ​без нее и елка не елка – ​настоящие и будущие героини и герои, что уже вышли и еще выйдут из-под рук Галины Михайловны.

Лица игрушек мастерица изготавливает из полимерной глины с помощью силиконовых молд (формочек). Лица тоже сохнут сутки, а потом она раскрашивает их акриловыми красками. Личико на кукле появляется в последний момент, когда она уже одета, только без головного убора. Когда куколка полностью готова, хорошо бы покрыть ее лаком – ​так она сохраннее.

Куклы мастерице снятся. А мысли о них еще порой и спать не дают. Она даже держит у кровати блокнот и ручку. Как пришла идея, во что одеть очередного Мишутку или Анечку, – ​записывает хоть среди ночи.

40 лет проработав в торговле, она всегда считала себя на своем месте. Но творчество шло рядом с самого детства. В школе в редколлегии рисовала стенгазеты. На работе зимой расписывала магазинные окна. Семь лет назад, выйдя на пенсию, стала вышивать гладью. И вот заболела ватно-игрушечной лихорадкой. В планах уже и Хозяйка Медной горы. Галина Михайловна заказала для нее молды рук – ​будет осваивать новые горизонты.

А пока всем сестрам и племянникам, детям и внукам готовит новогодних веселых ватных ребят. И да, важный, добрый, большой ватный Дед Мороз, но не в белой, как в моем детстве, а в красной шубе, тоже под елкой стоять будет. Со Снегурочкой.