«Добрый вечер. Не знаю, интересно вам или нет, но «Умка» снова на связи. Если вдруг вам нужна статья, задавайте вопросы, отвечу, скину фото и прочее»  – неожиданно прилетел мне в мессенджер привет из Донбасса.

Мне интересно. Я писала про бойца с позывным «Умка» в феврале прошлого года. Тогда он отправлялся в зону СВО второй раз. Еще в первую командировку, в 2022-м, на луганской земле механик-водитель боевой машины десанта серьезно повредил ногу, спасая раненого. Восстановился, и в марте этого года снова заключил контракт. Родным сказал не всем, отложил до последнего, чтоб не волновать. Мама «Умки» узнала новость из моей статьи.

И вот спустя девять месяцев Дмитрий уже и в отпуск домой сходить успел, у нас новый разговор. Я знала, что с ним в целом все в порядке. Честно сказать, иногда проверяю, в сети ли мои военные респонденты.

«Умка» теперь не в штурмовом подразделении. Служит в комендантской роте мотострелковой дивизии, выполняет задачи по охране и обороне. Говорит:

–Опасность у нас тут постоянная, но не такая уж и высокая.

Я вспоминаю рассказ Дмитрия, как в марте 2022-го было холодно спать на снегу, и спрашиваю про погоду. «Умка» рассказывает, что там, где он сейчас служит, скорее грязно, чем снежно. И хотя погода довольно мягкая, ветрено, потому что посадки вокруг города выкосило и дома разрушены. Целых домов нет. Мирных жителей тоже нет. Но особенности климата сейчас для него не так важны, как в 2022-м.

–Мы на удалении от линии боевого соприкосновения, поэтому имеем возможность устроить себе быт, – объясняет боец «Умка». – Живем в подвалах. Прячемся от дронов и обстрелов. Но, в отличие от передовой, у нас сейчас есть нары, на которых мы спим в тепле и под одеялом. С переездом на новую точку взяли себе водонагреватель и душевую кабину. Когда есть вода – моемся.

В подразделении бойцы подобрались с разных уголков России. И ни одного земляка. Весточки с Бора Дмитрию шлют родители, сестры, жена, друзья. Из разных регионов страны (уже не лично «Умке», а всем солдатам) приходят письма от детей – с рисунками, открытками, поделками. Как и в первый наш разговор, об этом Дмитрий упоминает с особым трепетом. Говорит, всегда очень приятно получить письмо от ребенка, пусть он и не знает, кому конкретно пишет, но пишет такие трогательные вещи.

Мой сын подсказывает вопрос: «Не может же быть только плохое на войне?! Есть и хорошее?»

–На самом деле не все плохо. На войне очень много положительных моментов в простых мелочах. Про письма детские уже сказал. А еще – дружба сослуживцев. Тут и правда – один за всех. В коллективе ты можешь недолюбливать кого-то, ругаться, но в опасной ситуации ты этому же человеку доверяешь спину, и сам будешь из последних сил его прикрывать или вытаскивать.

Есть у всех сослуживцев «Умки» и один на всех друг. Он же – один на всех враг мышей. Военный кот Барсик. Ласковый для двуногих и азартный до прожорливых хвостатых. Пока этот материал готовился к печати, Барсик уехал с поваром в мирную жизнь, на Алтай. Сменил житье в покинутом городе на тепло и покой в новом доме еще один четвероногий – приблудный пес.

– Еще раньше с нашими бойцами домой уехали две собаки и кот. Они же все домашние, жалко их. Мы своих не бросаем, – говорит «Умка».

Спрашиваю «Умку», в силе ли его мирная мечта о собственном доме.

–Конечно, я уже и в очередь на землю встал как участник СВО. Десять соток обещают. Двухэтажный дом хочу. Самый уютный.

* * *

- Настроение?

- Боевое, как всегда.

- Что снится солдату?

- Первое время – дом, а потом – что у кого «болит».

- Когда Вы можете сказать: «Это был хороший день»?

- Когда никто не пострадал.

- Что сейчас самое ценное для Вас?

- Мирное небо над головой. За него и воюем.

- Главное желание?

- Чтоб закончилось все поскорее. И домой вернуться.